авторы статьи:  Дан Троттер, Бересфорд Джоб, Стив Аткерсон.

Первая часть

Место, где мы проводим собрания, очень важно. Это, конечно, не более

важно, чем живые камни, соединенные вместе как церковь. Я удивлен тем,

как часто люди, которые согласны со мной во многих вопросах веры,

игнорируют мое утверждение о важности собраний по домам. Почему?

Одна из причин, как я думаю, является супердуховность. Позвольте

организованной  церкви задать вопрос о зданиях, и эти люди скажут, что

мы заняты устроением Тела Христова, и мы можем это сделать где угодно,

в любом здании. Это звучит хорошо, но на самом деле абсолютно

нереалистично.

Архитекторы и деловые консультанты поняли в течение долгого времени,

что здания и их оснащение влияют на настроение и отношения людей.

Приходит на память пословица о столе банкира и стуле посетителя. Когда

вы сидите на стуле, стол находится на уровне вашей шеи, и вы чувствуете

себя очень маленьким и незначительным по отношению к банкиру. Возьмем

другой пример: предположим, что вы хотите иметь близкое общение с

вашими братьями и сестрами. Вы идете в здание церкви. Вы устанавливаете

стулья в круг. Вы все еще сталкиваетесь с открытым пространством,

которое убивает близость, и создает трудности слышать друг друга.

Сверху на вас светят холодные флуоресцентные лампы. И у вас уйдет много

времени на привыкание к этой обстановке. Когда вы находитесь в здании,

вы обыкновенно думаете институционально и формально.

Позвольте мне процитировать автора, который верит в жизнь церкви, но

думает, что здание, в котором церковь встречается, не имеет большого

значения: «Я не полагаю, что ответ находится в оставлении ‘здания

церкви’ в пользу ‘жилых комнат’. Пропитанная потом рубашка и джинсы не

больше способствуют эффективному общению и служению, чем костюм-тройка

и галстук. Мне кажется, что подобные предложения просто меняют внешнюю

суть вещей. Доказывать, что не было никаких ‘церковных зданий’ за

первые несколько десятилетий существования церкви, значит, не доказать

ничего. Не было также никаких автомобилей, или телефонов, или

компьютеров, или печатных станков… Разве мы должны рассматривать эти

плоды прогресса, как вредные для жизни церкви? Или реальная проблема

фактически лежит в способе, которым мы используем эти инструменты? Если

церковь больше поклоняется ‘зданию’, чем Тому, ради имени Которого мы

собираемся, то кое-что конечно пошло не так, как надо. Если причина

только в этом, то мы не решим проблему, продав здание и собравшись всем

в одной комнате. То, что действительно необходимо, это изменение

взглядов и понимания, а не изменение местоположения и обстановки… Столь

же легко породить и увековечивать ложное учение, функционализм,

необоснованные ритуалы, и удушающие традиции, как в жилой комнате, так

и церковном здании. И можно иметь показную ‘свободу’ как в рваных

джинсах и старых кроссовках, так и в хорошо отутюженном костюме и

начищенных туфлях».

Давайте исследуем суждения, сформулированные выше. Первое: «я не

полагаю, что ответ находится в оставлении ‘церковных зданий‘ ради

‘жилых  комнат’». Это – лишь полуправда, и подобно всем полуправдам,

это полностью вводит в заблуждение. Конечно, замена церковных зданий на

собрания по домам – не весь ответ. Однако это часть ответа. 

Фактически, это – необходимая часть ответа (хотя это и не достаточно

само по себе). Больше об этом поговорим позже.

Второе суждение: «потная рубашка и джинсы – не более способствуют

общению и служению, чем костюм-тройка и галстук». И в следующем

суждении я прошу прощения.  Прежде, я был взвешенным, рациональным и

умеренным. Но я отказываюсь быть взвешенным, рациональный и умеренный,

когда кто-то пытается защищать галстуки. Дамы и господа, если вы хотите

принять мудрый совет, который благословит вас на весь остаток вашей

жизни, пожалуйста, выслушайте эту истину: галстуки – от дьявола!

(Конечно, это – шутка). Я знаю брата, который называет галстук «духом

удушья». Он прав. Проблема – не просто  в том, что эта вещь совершенно

бесполезна; скорее, галстук – положительное зло, которое влияет на

жизнь в церкви. Это – способ задушить близость и установить

формальность. Это фактически написано в кодексе этики для адвокатов,

что они должны носить «соответствующее» платье, чтобы не уронить

репутацию профессии. Вы когда-нибудь видели адвоката на работе без

галстука? Цель состоит в том, чтобы установить профессионализм, чтобы

заставить вас думать, что он компетентен, интеллектуален и важен. Это –

цель, что бы держать вас с ним на должном расстоянии. Скольких людей вы

знаете, которые настаивают на ношении галстука в церкви, а затем идут

домой, и продолжают носить его? Они этого не делают. Почему? Поскольку

они с их семейством, и им не нужно выглядеть формально с их семейством.

Почему христиане должны быть формальными с их братьями и сестрами? Я

знаю много церквей, которые начинались чудесно, и затем стали развивать

формализм. Наверняка, что в некоторый момент их развития, лидерам

сказали, что они должны носить галстуки. Именно с этого момента вы

можете быть уверены, что церковь начала умирать так же, как вы узнаете,

что пациент умер, когда его электрокардиограмма больше не показывает

никаких мозговых волн.

Третье суждение: «доказать, что не было никаких церковных зданий в

ранней церкви, значит не доказать ничего. Не было также никаких

автомобилей, или телефонов, или компьютеров, или печатных  станков». И,

конечно, когда приводятся эти старые аргументы, нет ничего плохого с

автомобилями или телефонами, они нравственно нейтральны. Они могут

использоваться как для хорошего, так и для плохого, как и впрочем,

здания церкви. Этот аргумент как бы имеет поверхностное значение, но

это ошибочно. Церковное здание – не является «нравственно нейтральным».

Это – не дополнительная часть технологии, которая может использоваться

для хорошего или плохого. Если здания церкви не важны, почему христиане

истратили 180 миллиардов долларов на их построение? Если вы не думаете,

что они важны, идите, попросите, чтобы пастор традиционной церкви

продал его церковное здание и раздал деньги бедным во имя Иисуса, и

увидите, какой ответ вы получите. Из всех денег, которые христиане

искренне пожертвовали, сколько из этого идет на проповедь Евангелия,

или на помощь нуждающимся, и сколько идет на покупку места для стоянки

автомобилей, шпилей и ковров? Сколько расколов церкви произведено

спорами о цвете ковров, размещении церковной мебели и других важных

проблем? Каждый читающий знает, так же, как знаю я, что церковное

здание, строящееся сегодня – не что иное, как святыня, фальшивый храм,

подмена для истинного храма Бога, который является телом Христа. Люди

не борются из-за компьютеров, автомобилей, телефонов и печатных

станков. Но они будут бороться из-за здания церкви. Почему? Поскольку

здание церкви стало объектом поклонения.

Его четвертое утверждение: «что необходимо  изменение взглядов и

сердец, а не  только местоположения и обстановки». Этот аргумент,

который основан на супердуховности. Это действовало бы, если бы люди

были воздушными привидениями, плывущими через жизнь, полностью

незатронутые ее пачкающей материальной средой. Но, к сожалению, мы

люди, и на нас очень влияет окружающая среда. Позвольте рассмотреть

этот аргумент в чрезвычайном случае. Предположим, что у вас есть брат,

который был лишен всего: безработный, бездомный и несчастный. Смогли бы

вы сказать ему: «Брат, то в чем ты нуждаешься – это изменение сердца и

мнения, а не изменение местоположения и обстановки»?

Мы не можем «развестись» с нашими отношениями и предположениями,

которые мы подцепили из окружающей нас среды, которые формировали наше

мышление с раннего возраста. Таким образом, если ребенок ходит в

церковь с раннего возраста, позднее, он или она придут к пониманию, что

церковное здание является святым местом в глазах Бога, и это самое

подходящее место для собраний. Чтобы сказать, что мы должны прежде

исследовать наши сердца, а затем мы исследуем наше отношение к

церковным зданиям, значит надо игнорировать взаимное влияние, которое

мы имеем друг на друга.

Пятое критическое утверждение: «столь легко породить и увековечивать

ложное учение, необоснованные ритуалы и удушающие традиции в жилой

комнате, так же как и в церковном здании».  Это не верно. Хотя ложное

учение, необоснованные ритуалы и т.д. может легко быть порождено в

церковном здании, не верно, что они могут легко увековечиться в жилой

комнате. Почему? Потому что требуется живой Христос, живущий внутри

людей, чтобы поддерживать домашнюю церковь без бюрократии, ритуалов и

здания. И как только жизнь Христа заменена телесными заместителями,

домашняя церковь умирает, потому что там нет бюрократии, ритуалов и

зданий, чтобы поддерживать это долговременно. Фактически, если

человеческая плоть перемещается в домашнее собрание, вы начнете слышать

раздающиеся призывы, состоящие из трех вещей: необходимость пастора,

здания и галстуков. Почему призыв к зданию? Поскольку человеческая

плоть любит иллюзии постоянства, красоты и защиты. И если Иисус не

обеспечивает эти вещи, плотские религиозные люди инстинктивно

обращаться к зданию, как к замене. Само церковное здание не виновно в

смерти и плотском отношении, но оно говорит, что желание иметь здание –

внешний признак имеющейся внутри смерти и плотского отношения.

В то время как мы остановились на предмете церковных зданий, давайте

поговорим о мебели в зданиях церкви. Например, они выстраивают вас в

линию, так что вы можете общаться только с задней частью головы

сидящего впереди вас брата или сестры. Скамейки не создают близости, а

скорее холодную формальность. От них тоже мало пользы.

Кафедры проповедника произошли от Мартина Лютера. Лютеру поручили

управление бывшими Католическими соборами. Он однажды проповедовал в

одном из них, нуждаясь в месте, чтобы положить свои записи, он увидел

на столбе небольшую трибуну или кафедру проповедника, с которой

католический священник обыкновенно поднимался наверх для того, чтобы

читать еженедельные объявления. Лютер сорвал старый католический алтарь

и заменил это протестантской кафедрой проповедника. Это используется

сегодня, чтобы человек, стоящий за кафедрой, чувствовал себя большим и

важным. Это делает слушающего скромным пассажиром скамейки,

препятствует вам задавать вопросы, и страх удерживает вас от сна. Страх

от самого ее присутствия является препятствием к диалогу, общению и

желанием поделиться.  Алтарь в Ветхом Завете был местом, где

приносилась  жертва. Ветхий Завет предвозвещал жертву Иисуса в Новом

Завете, так что, как мне кажется, что единственный «алтарь» в Новом

Завете – это крест, на котором был распят Иисус. Это, однако, не

останавливает большинство современных церквей, которые устраивают

небольшие сооружения впереди здания и называют их «алтарями». Но, даже

если их называют «скамьями для молитвы» или что-то подобное этому, они

все равно укрепляют идею, что там что-то отдельное от остальной

аудитории. Алтарь – это еще одна часть религиозной мебели, которая

порождает христиан-зрителей, тип людей, которых Вочман Ни назвал:

«пассивность и смерть». Итак, этот критический анализ зданий церкви

сосредоточился на двух главных пунктах: средства, впустую потраченные

на них, и их частое использование как идолопоклоннические замены

поклонения Христу. Однако есть другие причины, по которым мы должны

избегать церковных зданий подобно чумы.

Одна причина состоит в том, что здания являются вредными для жизни

церкви, потому что они позволяют церкви вырасти до такого большого

размера, что больше невозможно иметь близкие взаимоотношения. Сколько

раз вы слышали, что христиане сетовали: «Это было замечательное время,

когда мы были маленькой церковью, а теперь мы никого не знаем».

Домашняя церковь никогда не может вырасти до такого размера, потому что

не все могут вместиться в жилую комнату. (Что означает, кстати, что

домашняя церковь, когда вырастет, должна делиться и умножаться.)

Другая причина состоит в том, что некоторые новозаветные заповеди

трудно исполнить в большом собрании церкви. Например, еженедельное

участие в Вечере Господней, разделяя один хлеб и одну чашу, и принимая

участие в Вечере Любви (совместной трапезе).  Взаимное участие и

общение легко можно устроить в условиях домашней церкви, но практически

невозможно в больших организационных церквях.

Третья причина не иметь специальное здание – полное отсутствие в

Священном Писании инструкций, чтобы строить такие здания. Если мы

повинуемся заповеди во Вт.12:32, мы не должны ничего добавлять к слову

Божьему. Вполне логично предположить, что если бы Бог хотел, чтобы мы

имели здания, Он бы ясно заповедал это в Своем Слове (Библии).

Представьте себе, что все евангелисты и авторы посланий в Новом Завете,

за исключением Луки, участвовали в поклонении в храме. Очень

существенно, что не один из них никогда не построил или

проинструктировал любого другого строить какой-нибудь тип христианского

здания. Это включает Павла, Петра и Иоанна. Вполне явно отсутствие

упоминания специальных зданий для церкви в Новом Завете.

Наконец, Бог никогда не распространял свидетельство о Себе через

здание, сделанное руками людей! Его метод распространять свидетельство

о Нем – через плоть, кровь и члены живого и верующего Тела Христова, а

не здания. Вся книга Деяний подтверждает эту, относящуюся к учению,

истину. Насколько это должно огорчать сердце Бога, чтобы наблюдать, как

его Тело оперирует в неудачном еврейском методе распространения

свидетельства: ограничивая первичную инициативу, служение и видение

Божье, сводя все это к зданию. Божье поручение для Его церкви – идти к

потерянным в их окружающую среду, а не приглашать их в свое здание! Мы

должны выйти из менталитета, направленного внутрь здания, к реальному

служению.

Дан Троттер

Вторая часть

Почему мы продолжаем настаивать, чтобы церкви собирались в домах

верующих? Разве это нельзя делать где-нибудь еще? Многие церкви,

которые согласны с тем что мы отстаиваем, собираются в христианских

книжных магазинах или кофейных магазинах, которые имеют часть зала

похожую на обстановку в частном доме. Что же здесь неправильного?

Хорошо, я могу предположить, что в некоторых частях мира эскимосы могли

бы собираться в иглу, а краснокожие индейцы в вигвамах, и конечно в

хороший день (а они бывают даже у нас в Англии), кто мог бы возразить

против собрания в саду или где-нибудь на поляне? У меня нет никаких

возражений к вышеупомянутому вообще.  Я просто хочу обратить наше

внимание на главный момент, что формат для собраний церкви в Новом

Завете сохранял каждую индивидуальную церковь маленькой по количеству

людей, и поэтому просто и совершенно подходил для собраний в домах

людей. Что, в конце концов, больше всего подходит для основанной на

Библии церкви как не дома тех, которые являются частью этой церкви? И

когда случается, что библейская церковь собирается в условиях зала

книжного магазина или магазина кофе, или в любом другом публичном

здании – есть действительно большая проблема, с которой, в конечном

счете, приходится столкнуться, но которую большинство верующих,

кажется, полностью не сознают.

Конечно, церковь может собираться в каком-нибудь публичном здании, и

все еще оставаться достаточно маленькой по количеству членов, чтобы

функционировать согласно Священному Писанию. И если такое здание может

создавать уютную обстановку, чтобы чувствовать себя «как дома», тем

лучше. Действительно, если там есть кухня, то не возникает проблем с

проведением Вечери Любви. Но есть еще одна проблема, с которой придется

столкнуться церкви – это вопрос роста членов церкви и необходимости

возникновения новых церквей. (Я предполагаю, что основанная на Библии

церковь действительно хочет расти численно, насколько дает Господь, и

не хочет оставаться в том же самом количестве всю оставшуюся жизнь.)

Итак, вы видите проблему? Церковь не может расти в количестве дальше

(даже притом, что условия публичного здания позволяют разместить всех

верующих), потому что она больше не сможет функционировать так, как

этому учит Новый Завет, и поэтому должна быть образована другая

церковь. И вот вопрос: в таком случае, где новая церковь будет

собираться?

Возможно и есть столько христианских книжных магазинов и кофейных

магазинов, оборудованных кухней и домашней обстановкой, чтобы новые

церкви могли арендовать их, но я все же думаю: почему просто не

собираться в домах где мы живем? Я просто думаю: что же нам мешает

поступать так же? Так, в конце концов, делала каждая церковь в

Священном Писании. (Каждый раз, когда пишется о месторасположении

какой-нибудь индивидуальной церкви в Новом Завете, без исключения, она

располагалась в чьем-то доме.) Итак, почему, почему вы хотите поступать

по-другому? Почему, будучи библейской церковью, во всех остальных

аспектах и желая делать все так, как делали ранние христиане, вы

отступаете в этом аспекте?

Может быть у нас возникает беспокойство по поводу открытия наших

домов для друг друга? Мы можем потерять чувство комфорта из-за такой

близости? Апостолы Иисуса учили верующих быть странноприимными и

фактически проводить собрания церкви в домах друг друга. В конце

концов, как люди могут знать меня, если моя домашняя жизнь не открыта

широко для тех, с кем я имею общение? Могут ли люди в церкви знать меня

должным образом, хорошо и глубоко, если они не видят регулярно мою

домашнюю и семейную жизнь и разделять ее со мной. Мы действительно

полагаем, что собрания по домам были случайностью в образе жизни

церкви, который мы находим в Новом Завете? Или это действительно столь

же существенно и важно как другие аспекты типа открытого для участия

всех собрания, участия в Вечере Господней как трапезе и практикование

библейского лидерства управления церкви через согласие всех членов

церкви? Я предложил это вам, чтобы бремя подтверждения легло на тех,

кто, как мне кажется, считает это незначительным!

Однако позвольте мне также заметить, что делать там, где дома

являются слишком маленькими, чтобы принять больше чем трех или четырех

человек, пришедших одновременно (например, в Токио)? Тогда обязательно

найдите другое удобное место, но  ирония в том, что место, где эта

тенденция является особенно распространенной, в Америке, дома

достаточно большого размера. (По крайней мере, они большие по нашим,

английским стандартам. В нашей церкви мы так плотно упаковываем друг

друга в наши дома, включая и мой дом, что вы даже не можете разглядеть

ковер.)

Итак, если вы – библейская церковь, собирающаяся где-нибудь в

кофейном магазине и это лучше, чем быть не библейской церковью,

собирающейся у кого-то дома. Но имейте в ввиду, что вы должны расти

численно и стать настолько большой церковью, что это больше не может

оставаться одной церковью. И тогда было бы естественно определить

местонахождение собраний каждой церкви в домах тех, кто является частью

их.

Какой бы способ вы не выбрали, было бы весьма нелогичным не

следовать образцу церквей Нового Завета, как они практиковали это

направляемые апостолами. Церковь может действительно собираться в

публичном здании и все же оставаться действительно библейской,

насколько это касается практики церкви. Но вопрос остается тот же:

когда есть возможность собираться в домах верующих, и есть понимание,

что это было универсальной практикой церквей Нового Завета, как было

передано и указано апостолами Иисуса, тогда с какой стати какая-либо

считающая себя библейской церковью решает делать это иным образом?

Бересфорд Джоб

Часть третья

Как церковь может не доводить до усталости хозяев дома? Некоторые люди

действительно имеют дар гостеприимства, и согласны принимать в своем

доме собрание церкви каждую неделю, но по общему признанию это имеет

свои трудности. Это особенно трудно, если один супруг не обращает

внимания на состояние другого. Как правило, такой супруг (обычно муж)

будет нечувствителен к трудностям, которые другой супруг (обычно жена)

переносит в принятии у себя собрания церкви каждую неделю. Возможных

решений много: члены церкви могут прийти раньше, чтобы сделать уборку

до и после собрания. Возможно, лучшая альтернатива – это проведение

собраний у каждой семьи по очереди. Это хорошо для всех, чтобы

научиться гостеприимству! Далее, каждый дом мог бы установить свои

правила для поддержания порядка и чистоты: пожалуйста, снимите вашу

обувь при входе в дом, детям не позволяется вскакивать с ногами на

кресла и диван, никакой еды в гостиной комнате, и т.д.

Что, если дома слишком малы для проведения собраний? Это может быть

реальной проблемой. Конечно, дома в Китае действительно маленькие, но

верующие все равно собираются в них на собрания для церкви! Если все же

у вас нет выхода, можно на время арендовать большую комнату, но не

доводить количество членов до такой степени, что совершенно теряется

атмосфера домашнего собрания.

Какие возможные повреждения в доме могут быть из-за проведения

собраний церкви? Пролитые на ковер напитки, пятна от пищи на обивке

мебели, загрязненный пол и т.д. Как-то во время одного собрания девочка

– подросток пробежала через закрытую стеклянную дверь. Будьте мысленно

готовы к подобным несчастным случаям.

Что, если людям так понравится общение, что они не захотят идти

домой? Фактически, это хорошо когда так бывает! Так как церковь похожа

на семью- это вполне вероятно может произойти. Почитайте их потребности

выше ваших собственных. Умрите для самих себя. Однако, если кто-то

остается дольше, когда уже все разошлись по домам, просто вежливо

объясните им, что у вас еще есть некоторые дела, которые вы должны

сделать, и попросите их уйти! Люди, которые нечувствительный к вашим

потребностям никогда не поймут намек, если вы прямо не скажете им об

этом. Это – также часть учения, как взаимодействовать с другими.

Как бы вы справились с ситуацией, когда дети одного из пришедших,

или дети недавно присоединившейся пары, плохо ведут себя? Стандарты

приемлемого социального поведения некоторых супружеских пар значительно

отличаются от стандартов других. Это может потрясти и поразить вас тем,

насколько безразличными бывают некоторые родители к разрушительным

действиям их детей. В таких случаях вы должны спокойно, вежливо и прямо

попросить, чтобы они привели к порядку своих детей! И, ожидайте, что

они будут оскорблены независимо от того, как тактично вы обходитесь с

ними. Можете быть уверены – это может случиться и в вашей церкви.

Домашние собрания – это не более легкие собрания церкви, но это образец Нового Завета!

Стив Аткерсон

автор статьи:  Стив Аткерсон

То, что первоначальная церковь проводила свои собрания в основном по

домам, является общим бесспорным мнением (Деян 16:40, 20:20; Рим 16:4;

1Кор 16:19; Кол 4:15; Филим 1,2; Иак 2:3).

Менее известный тот факт, что ранняя церковь продолжала эту практику

в течение сотен лет после того, как написание Нового Завета было

завершено. С.Ф.Шнайдер пишет: «Церковь Нового Завета началась как

небольшая домашняя церковь (Кол 4:15), и она оставалась таковой до

середины или конца третьего столетия. Нет никакого свидетельства

больших собраний вплоть до 300 года н.э.». Дольше, чем Соединенные

Штаты существуют как нация, общей практикой всей церкви были собрания

по домам. Опять, цитируя Шнайдера: « Нет очевидного литературного или

археологического свидетельства, указывающего на то, что какой либо дом

был переоборудован  под церковное здание. Нет ни одного церковного

здания, построенного до времени императора Константина. Почему домашние

церковные собрания оставались нормой такой длинный промежуток времени?»

Преследования?

Большинство людей объясняют существование домашних собраний ранних 

церквей из-за преследований, похожих на современную ситуацию в Китае.

Однако, могли ли быть и другие веские причины для общения,

ориентированного на собрания в домашних условиях? Предположим, что в

первом столетии не было преследований. Можем ли мы предположить, что, в

таком случае, церкви строили здания для собраний, и численность общины

увеличивалась до больших размеров, ограниченная только местной

возможной вместимостью здания?

Часто упускается из виду тот факт, что последователи Иисуса иногда

встречались по домам «хваля Бога и находясь в любви у всего народа»

(Деян 2:47). Фактор преследований, как видно из Писания, существовал не

всегда. Основываясь на 1Кор 14:23 («Если вся церковь сойдется вместе, …

и войдут к вам незнающие или неверующие…»)  неверующие имели

возможность прийти на собрание церкви, так как она собиралась не в

тайном месте. Бытует неверное мнение, что ранняя церковь была везде и

всегда гонима. Гонения до 250 года были единичными, ограниченными и

были вызваны скорее враждебностью толпы, чем имперским декретом

правителя Рима.

Удивительно, но правители Рима представлены писателями Нового Завета

в некотором благоприятном свете, так как они вмешивались в дело,

пытаясь защитить христиан от беззаконных нападок неверующих Иудеев

(Деян 16:35; 17:6-9; 18:12-16; 19:35-40; 23:29; 25:18-20; 25:24-27;

26:31-32). До 250 года христианство было незаконно, но, в общем,

позволительно. Факт, что повсеместные преследования во времена

императора Дециуса в 250 году, продолжились во времена Галлиуса

(251-253), потом во времена Валериана (257-259) и, наконец, при

Диоклетиане (303-311).  Кто-нибудь где-нибудь мог построить специальное

церковное здание в 200 году до правления Дециуса, но примечательно, что

никто этого не сделал. Это говорит о том, что могут быть  другие

теологические причины для домашних собраний.

Когда гонения внезапно возникали, домашние собрания не могли

помешать Савлу, и он точно знал куда идти, чтобы арестовывать христиан

(Деян 8:3). Церковь в Риме позднее отреагировала на правительственное

преследование собраниями в катакомбах, в более защищенном месте. Но

даже перед лицом гонений, церковь целенаправленно придерживалась

небольших, домашнего размера, общин. Факт, что все написанное в Новом

Завете было написано для церквей размером с жилую комнату, и

Новозаветный идеал для церковной жизни осуществляется в небольшой,

семейной обстановке.

Бедность?

Может ли бедность быть решающим фактором в объяснении полного

отсутствия церковных зданий во времена Нового Завета и столетиями

позднее? Многие ранние новообращенные в христианство были из иудаизма.

Построение синагог было общим по всему Средиземноморью. Предположим,

что эти люди тоже имели в мыслях построить специальное здание для

церкви. Огромное количество новообращенных из язычников,

присоединившихся позднее, имели опыт возведения огромных храмов для их

божеств. Разве христиане из язычников не могли построить подобное

здание для собраний церкви?

То, что среди верующих были и богатые братья видно из наставления

Тимофею: «Богатых в настоящем веке увещевай, чтобы они не высоко думали

[о] [себе] и уповали не на богатство неверное, но на Бога живаго,

дающего нам все обильно для наслаждения; чтобы они благодетельствовали,

богатели добрыми делами, были щедры и общительны, собирая себе

сокровище, доброе основание для будущего, чтобы достигнуть вечной

жизни.» (1Тим 6:17-19)

Также и Иаков предупреждает не оказывать особого предпочтения

приходящим на собрание «с золотым перстнем, в богатой одежде» (Иак

2:2), тем самым, указывая наличие таких людей в церкви.

Далее, очевидность присутствия богатых верующих видно в упреке Павла

церкви в Коринфе, за то, что богатые унижали бедных братьев и не хотели

есть с ними вместе Вечерю Господню: «Разве у вас нет домов на то, чтобы

есть и пить? Или пренебрегаете церковь Божию и унижаете неимущих? Что

сказать вам? похвалить ли вас за это? Не похвалю» (1Кор.11:22). Ясно,

что бедность сама по себе не была решающим фактором отсутствия

церковных зданий у ранних церквей.

Прогрессивное развитие?

Некоторые думают, что Бог предназначил домашние собрания для церкви

только в начальной фазе развития, как первоначальный и временный шаг

развития в направлении к зрелости. Таким образом, домашние церкви были

характеристикой начальной незрелой церкви. Это было правильно и

естественно, утверждают они, для церкви расти дальше этих ранних

традиций и развить практику, отличную от первоначальной. Таким образом,

стали сооружаться большие здания, проводиться большие собрания

поклонения, возникли епископы, управляющие всеми церквями в городе,

развилась иерархическая современная система пресвитеров, и даже слияние

церкви с государством при Константине – все это стало считаться

позитивным развитием.

И все же апостолы, по-видимому, предназначали для церкви

придерживаться определенного образца, который они изначально везде

устанавливали. Например,  коринфян хвалили за то, что они

придерживались традиций апостолов (1Кор 11:2). Решительные призывы

придерживаться определенной церковной практики основываются на общей

практике всех остальных церквей (1Кор 11:16; 1Кор 14:33-36).

Фессалоникийцам было прямо заповедано придерживаться традиций апостолов

(2Фесс 2:15). Апостолы были лично отобраны и обучены нашим Господом.

Если кто-то и понимал назначение церкви, так это эти люди. Практика,

которую они устанавливали для всеобщей церковной деятельности, была в

гармонии с назначением церкви. Уважение к Духу, Который вел их, должно

помочь нам предпочесть их традиции любой другой альтернативе, которая

может возникнуть в нашем творческом мышлении.

Также впечатляет полное отсутствие какого-либо указания в Новом

Завете относительно сооружения специального здания для церкви. Это

контрастирует с законом Моисея, который содержит весьма определенный

образец устройства скинии. Когда писатели Нового Завета касались этой

темы, они указывали, что сами верующие являются храмом Святого Духа,

живыми камнями, составляющими вместе духовный дом, где Иисус Христос

является краеугольным камнем (1Пт 2:4-5; Еф 2:19-22; 1Кор 3:16-17; 1Кор

6:19). Поэтому, церковные здания для нашего Господа не имеют

какого-либо значения. В худшем случае они могут быть плотским возвратом

к  закону Моисея. Главное не то, где церковь собирается, а то, как и

где лучше сделать то, что требует Господь. Основная причина для

сооружения церковных зданий – собрать больше людей, чем в типичной

жилой комнате. Но, к удивлению, вся мудрость, стоящая за большими

церковными зданиями, приводит к тому, что на собрание приходит слишком

много людей и это разрушает саму цель церковного собрания самого по

себе. Много собравшихся людей хорошо для совместного поклонения,

евангелизации или слушания проповеди, но церковь это что-то совсем

другое, чем вся эта деятельность.

Целенаправленный образец?

Могли ли апостолы заложить целенаправленный образец для домашних

церквей? Какой практический эффект могут оказать домашние собрания на

чью-либо церковную жизнь? Это является аксиомой, что форма исходит от

функции. Верования апостолов относительно функции церкви были

естественно выражены в формах, которые приняла ранняя церковь. 

Некоторая особая практика ранней (домашней) церкви заслуживает нашего

рассмотрения.

1. Основное значение домашней церкви заложено в теологии общины.

Церковь изображена авторами Нового Завета терминами, описывающими

семью. Верующие – это дети Божьи (1Ин 3:1), рожденные в Его семью (Ин

1:12-13). Божьи люди, таким образом, являются частью (своими) Его семьи

(Еф 2:19; Гал 6:10). Они называют себя братьями и сестрами (Филим 2;

Рим 16:1). Поэтому христиане относятся друг к другу как к члену семьи

(1Тим 5:1-2; Рим 16:13). Исходя из этого теологического определения,

что дети Божьи являются семьей, возникает много практических церковных

вопросов. Встает вопрос, какое окружение лучше способствует нашему

функционированию, как семье Божьей?

2. Многие исследователи убеждены, что Вечеря Господня первоначально

праздновалась еженедельно как настоящая всеобщая трапеза (Вечеря

любви). Каждая поместная община была как семья (1Тим 5:1-2), и что

делает всегда каждая семья – это ест вместе. Собрания ранней церкви для

Вечери Господней были прекрасным временем общения и ободрения  (Лк

22:16-19, 29-30; Деян 2:42, 20:7; 1Кор 11:17-34). Атмосфера на Вечере

была скорее праздничная, как на Брачной Вечере Агнца (Отк 19:6-9), а не

печальная и подавленная. Чем больше становится община, тем меньше она

походит на семью, и тем более безличностной и непрактичной становится

Вечеря Господня, как семейная трапеза. Таким образом, столетия спустя,

когда церковь пренебрегла домашними собраниями, Вечеря Господня

потеряла свои преимущества и превратилась лишь в намек на совместную

трапезу с маленьким кусочком хлеба и глоточком вина.

3. В собраниях ранней церкви определенно принимали участие все (1Кор

14; Евр 10:24-25; Еф 2:19-20; Кол 3:16). Все, что говорилось на

собрании, должно было назидать и усиливать церковь. Так как многие люди

стесняются говорить прилюдно, небольшие собрания дома более подходили

для открытого общения среди знакомых и дружелюбных людей.  Участие всех

членов церкви становится невозможным в больших собраниях. Как только

жилые комнаты для собраний были заменены на большие залы, общение всех

верующих в семейном кругу было заменено богослужениями поклонения.

4. В Писании находится много указаний типа «…друг другу…».  Церковь

– это подотчетность, общность, и поддержание церковной дисциплины (Мтф

18:15-20). Эти идеалы более достигаются в небольшой общине, где все

знают и любят друг друга.  Церковь – это взаимоотношения. Большой зал

людей, которые порой и не знакомы друг с другом, вряд ли достигнут этих

целей. Номинальное христианство приютилось в большом зале, так как там

легко затеряться в толпе. Церкви, собирающиеся по домам быстрее

вырабатывают простоту, живучесть, близость и чистоту, которую Господь

желает для церкви.

5. Церковь Нового Завета имела ясно различимых лидеров (пресвитеров,

пасторов, епископов), но эти лидеры вели церковь преимущественно своим

примером и убеждением, а не указаниями. Ведомое пресвитерами согласие

всей общины было наиважнейшим в процессе принятия решений (Мтф

18:15-20; Лк 22:24-27; Ин 17:11, 20-23; 1Кор 1:20, 10:17; Еф 2:19-20,

4:13-17; Фил 2:1-2; 1Пт 5:1-3). Достигнуть согласия можно только в

небольшой церкви, где все знают друг друга, любят друг друга, носят

бремена друг друга, терпимы друг к другу и посвящены друг другу.

Однако, чем больше собрание, тем больше невозможность поддерживать

взаимоотношения и контакт. В большой общине пастор обязательно будет

функционировать как управляющий компанией.

6. Церковь первого столетия перевернула весь мир вверх ногами (Деян

17:6), и они сделали это, используя модель домашней церкви – модель

Нового Завета. Домашние церкви не требовали существенных денежных

затрат, как правило легко управлялись, могли быстро умножаться, и имели

великий потенциал для роста через евангелизм.  Нам нужно думать

скромно, чтобы достигнуть большего! Бог не связывает возможности с

величиной. Павел напоминает нам: «но Бог избрал немудрое мира, чтобы

посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное;

и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы

упразднить значащее, – для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред

Богом» (1Кор 1:27-29).

7. Новый Завет побудил щедрую поддержку миссионеров, евангелистов,

оснащенных пресвитеров, и бедных (1Кор 9; 1Тим 5:17-18; 3Ин 5-8). Какая

группа верующих легче способна финансировать братьев, открывающих новые

церкви и помогать бедным? Тысяча верующих, организованная в одну

традиционную церковь, которая собирается в собственном церковном здании

в комплекте с воскресной школой и семейным гимнастическим залом, или

тысяча верующих соединенных вместе в сеть взаимодействующих домашних

церквей? Исследование протестантских церквей в Америке показывает, что

примерно 80% дохода церкви уходит на оплату своего здания, зарплату и

программы, и лишь 20% используется на евангелизацию мира. В сети

домашних церквей эти проценты легко перевернуты наоборот. Будучи

свободны от строительства собственных церковных зданий, домашние церкви

пускают большие суммы денег на поддержку служителей и бедных.

8. Так как верующие собирались исключительно в своих домах, типичный

размер общины времен апостолов был небольшим. В Писании нет никаких

указаний, но там было не больше людей, чем могущих комфортно

разместиться в типичной жилой комнате. Образцом были скорее маленькие,

чем большие церкви.  Роберт Бенкс в своей книге «Понимание Павла об

общине» утверждает, что в первом столетии « гостиная комната в среднем

доме могла комфортно разместить около 30 человек.  И при необходимости

и тесноте, когда собиралась вся церковь, около 40-45 человек, или

менее…. В любом случае, мы не должны думать об этом, как о чем-то

большом. Даже собрания всей церкви были достаточно маленькими, чтобы

там развивались близкие взаимоотношения между верующими».

Заключение

Мы не пытаемся убеждать в пользу домашних собраний только ради

домашних собраний. Мы просто хотим показать, что церковь времен

апостолов не возводила специальные здания, потому что она не нуждалась

в них. Бог подразумевает, что типичная церковь будет размером с жилую

комнату. Послания, написанные в Новом Завете, были адресованы домашним

церквям. Поскольку они были написаны к домашним церквям, указания,

содержащиеся в посланиях, действенны и применимы в небольших общинах. 

Они никогда не предназначались для больших собраний. Поэтому они не

действенны в условиях больших церквей. Попытки применить практику

Нового Завета в большой церкви настолько же противоестественны, как и

наливать молодое вино в ветхие мехи (Мтф 9:17).